<-  Назад     Вперёд  ->

Трудно, почти невозможно было ожидать от человека, рожденного в СССР, добрых христианских чувств и отношения к ближнему. В лучшем случае ожидать стоило морали на уровне древних греков - все эти герои Эллады, атланты, которые держат небо на каменных руках, Прометей с огнем и т.д. и т.п. Чем еще было занять людей в СССР, как не этими мифами древней Греции? Кто там в СССР по-настоящему верил в мифы марксизма-ленинизма? Даже те, кто якобы верили, врали самим себе. Потому и гонялись в СССР за изданиями типа "мифы древней Греции", а КПСС ревниво ограничивала этот порыв масс. А как же! Где же наш марксизм-ленинизм, пролетарский интернационализм, диалектический материализм, воинствующий атеизм и прочие измы? А там же, где и мифы древней Греции.

Просто интересно: зачем они производят "новое"? Они - те, кто едва ли произведет новое, по-настоящему новое. Не говоря уж о тех, кто воспроизводит старую дрянь. Но по большому счету это вопрос к тем, кто мнит себя потворчестей прочих (как хорошо сказал когда-то Валера Мельник). Но насколько они потворчестей, а главное ради чего - вот в чем вопрос. Ради чего все эти якобы новые книги, например? Те, которые старым и в подметки не годятся. А ведь ежу понятно ради чего! Ради того, чтобы затмить, обесценить и задвинуть в чулан то, что истинно новое. Но главная их задача, "сверьхь-задача" - обесценить и оболгать Священное Писание. Кажется, я ответил на вопрос - зачем.

Путин подал немцам идею, как им оправдаться с нападением Гитлера на СССР. Мол, это была превентивная операция, а немцы - герои, выступившие на борьбу с коммунизмом, c этой мировой чумой. И уже раздаются голоса, мол, Гитлер - чуть не крестоносец и защитник христиан. Вот так клюква! Если и дальше так пойдет, скоро Гитлера признают святым Адольфом.

Есть два прямо противоположных стиля жизни. Первый - это когда ты годам к 30 понял, что учиться чему-то новому тебе в лом, ты знаешь всё, что нужно для дальнейшей жизни, и пусть "ботаники" там где-то учатся, а ты можешь прожить и без тренировок мозга, тела, души. Ты где-то там рутинно работаешь, а в мыслях у тебя только - как ловить кайф от жизни, ну, например в рыбалке, в путешествиях, в покатушках по земле, воде и воздуху и т.п. Ну, пока еще есть бабло и член стоит, в бабах. Потом... А что потом? Потом - куда колея заведет. Например, кто-то тебе подскажет - а не попить ли тебе винца напоследок? Второй стиль - жизнь в постоянном тренинге и применении своих способностей. Так живут ученые, музыканты, художники, поэты и т.д. Столяр, например, может всю жизнь стремиться стать краснодеревщиком, а плотник - соревноваться со строителями Кижей. Первый стиль жизни в духовном отношении совершенно нейтрален, ибо туп. Второй стиль может стать как духовным, так и бездуховным, сатанинским - в зависимости от точки приложения сил.

Что такое бездуховная точка приложения сил? Вот, например, в лизоблюдном в надежде на премию Оскара Сибирском цирюльнике речь идет об одном полоумном, изобретшем лесопилку якобы способную выкосить всю сибирскую тайгу. Уж лучше бы он изобрел машину для облесения Сибири, чем для облысения ее! А сам фильм, мало того что лизоблюдный, так еще и подал идею как нам обезлесить Сибирь.

Что такое духовная точка приложения сил? Строительство Кижей, например. Кто их придумал, кто тот безвестный архитектор Кижей? А ведь он приложил свой талант как раз в нужной точке, а "исполнители" плотники - разве нет? Казалось бы, кто такие плотники? мы же тут круче тех плотников, мы же даже кнопки умеем нажать на куда надо! Но те плотники безвестные строители Кижей прилагали свои силы куда надо и потому создали чудо Кижей. Притом имели ту же профессию, что и Христос. Слава им.

Что за лизоблюдное явление, это "оскарение" - оскудение и одурение в погоне за Оскаром! Разве можно сделать сильный фильм - такой, чтобы всем понравился? В древней Греции трагедии были в ходу, а разве трагедия всем нравится? "Гамлет" Шекспира всем нравится? Как много есть фильмов сильнее, лучше и, главное, духовнее многих и многих оскароносцев. Но большинство отличных фильмов не гонялись за Оскаром. Знамо дело.

Итак, есть три мира: Божий рай, нейтральный тупик и сатанинский ад. Направления развития человека можно изобразить примерно так:

0 - душа человека. От нее отходят пути, по которым она движется. Они бывают разными, как правило, но жизнь человека в итоге получает усредненное направление. По которому его и будут судить.

Направления таковы:

• неуклонно к Богу - путь святых
• неуклонно к сатане - путь бесов (например, в "Доме, который построил Джек")
• 1 - созерцательный (евангельская Мария)
• 2 - деятельный (евангельская Марфа)
• 3 - нейтральный застой
• 4 - нейтральная бурная деятельность
• 5 - исполнители приказов, бесовских
• 6 - агенты влияния, приказчики бесовские

В гражданской войне нет победителей и побежденных. Даже если кто-то как-то определит победителей, эти условные победители (если не дураки) не будут считать себя победителями, а условные побежденные - считать себя побежденными. Все проиграют.

Война никогда не делает людей лучше, а гражданская война - тем более. Даже внешние спонсоры гражданской войны терпят убыток: их души повреждены этим спонсорством - возможно, даже больше, чем у самих вояк.

Никто не может осудить граждан противящихся гражданской войне. Но главное - их не осуждает Христос.

Разве не испытываешь ужас при смерти каждого человека, да хоть и любимого котика? И тут дилемма - либо ты веришь в воскресение о Господе, либо не веришь. Ну, не веришь и не верь, верь в ПОЛНОЕ НИЧТО - тогда зачем ты живешь, зачем живут твои потомки, зачем тогда ЭТО ВСЁ? Но допустим, ты веришь в воскресение, и тогда сразу вопрос: а когда (если вдруг) ты воскреснешь, не вознамеришься ли ты возроптать на Господа аки сатана, после N лет "бессмертия"? N может быть очень большим, настолько большим, что мы тут и возрадовались бы ему. Увы, радоваться нечему. N может быть миллиардом лет и миллиардом в миллиардной степени лет и т.д. - увы вам, "бессмертные воскресшие", как только это число лет начнет отсчитываться в обратном порядке, тогда вы и начнете умирать. Это всё о том, что нужно верить в Бога, в бесконечное, в вечное бытие. И пока ты в Боге и славишь Его, ты не конечен, ты вечен. А вечность - это не о нынешнем нашем глупом, не о нашем грешном. Это всё о нашем лучшем, о лучшем, что в нас есть - и без страха смерти.

Удивляются: а почему христианство значит свобода? Почему я должен ходить в храм, стоять там, исповедываться, причащаться? Напрягаться вообще и нести крест свой в этих тяготах жизни? Зачем я так обременен? Зачем это всё? ГДЕ ТУТ СВОБОДА? А вот пример на пальцах. Бегун, любитель бега по утрам, когда бежит - ощущает свободу и легкость бытия, примерно то же, что и Христос нам завещал о легкости бремени Своего. Притом всегда в начале и в конце бега бегун испытывает муки, тяжесть в груди, ногах и т.д. Зато по окончании бега - всегда радость и облегчение. Так чтобы понять хотя бы приблизительно эту легкость бремени Иисуса, сделайтесь бегунами хотя бы, а потом идите в храм - там та же легкость и свобода. Свобода от грехов, как в беге свобода от болячек. Вначале тяжко, потом всё легче и легче, всё свободнее и свободнее, потом всё тяжелее и тяжелее, а потом уж окончательная свобода и радость, на финише.

Иногда говорят: лучшая музыка - тишина. Нет, тишина - не лучшая музыка, как и "Черный квадрат" - не лучшая картина.

Между "жалеть" и "жаловать" - бездна. Хотя у них, казалось бы, общий корень. Жалеют бедных и несчастных, жалуют богатым и успевающим. Бездны смыслов русского.

Провести золотую осень, пялясь в экран мобильника - что может быть пошлее?

В сумрачном германском гении гораздо больше, в тысячу раз больше смысла, чем в гиках покатушников и адреналинщиков.

"Кому повем печаль мою?". А вот не надо повемать. Твоя печаль пусть остается при тебе. Зачем она людям? Это никому не нужно. Это всем неприятно и как минимум напрягает. Вот именно это самое - напрягает. А надо бы наоборот - тебе в твоей печали напрячься, чтобы оставаться человеком, чтобы не напрягать других своими печалями.

Человеку свойственно обижаться. Есть даже целая индустрия обидчивости, выраженная в пословицах и поговорках. "На обиженных воду возят", "проглотить обиду", "в тесноте, да не в обиде" и т.д.

Про обидчивость хорошо у аввы Дорофея в поучении седьмом "О том, чтобы укорять себя, а не ближнего". Одно это правило избавляет человека от двух бед - от нанесения обид людям и от собственной обидчивости. И от многих других бед, как следствие. Это поистине божественное правило. Какую радость, какое спокойствие имеет тот, кто укоряет самого себя!

В "Я шагаю по Москве" (хотя и много натяжек типа "изображаем радость") есть как минимум две хорошие идеи. Первая: это столкновение молодого задора, мечтательности, восторга и радости с унылым, трезвым, "честным" взглядом полотёра, пожившего и знающего жизнь как она есть. Вторая: вот это столкновение женатика с холостяком: Человеку всегда легко перенести несчастья другого! И похоже, что "Осенним марафоном" Данелия ответил на свой собственный неровный дебют. Пестрая весна кончается серостью поздней осени, суетой и враньем. Оттепель переходит в серый застой, когда и грибов-то в лесу искать уже поздно.

Что такое ровный дебют? Например, "Иваново детство" Тарковского. Или "Бедные люди" Достоевского. Гений сразу смело ходит с козыря. Хотя, у Тарковского возникли проблемы на другом конце жизни - на конце всех концов. Жаль.

Командный образ жизни - это когда в речи человека глаголы только в повелительном наклонении. "Пойди туда, принеси то, открой это, закрой то, умойся, заткнись, сядь" и т.д. Ты даже можешь не быть правителем / управителем, но если у тебя в речи одни только повеления, тогда ты живешь как командующий - верховный там или еще какой, неважно. А важно тебе - командовать. Управлять людьми даже тогда, когда ты как правитель / управитель не соответствуешь занимаемой должности. Давно не соответствуешь.

Один из иезуитских способов командованья - говорить "ты же сам этого хотел" человеку, который и не думал этого хотеть. "Ты этого хотел, так сделай это" значит сделай то, что я хочу, я здесь командир, а ты раб.